Сайт села ГРИБОВА/NADUSITA
 Каталог статей
Главная » Статьи » Мои статьи

ИМПЕРИЯ

Империя 14:53 
http://bessarabia.ucoz.ru/news/2008-05-24-13

В 1812 году, после подписанного в Бухаресте мира (в постоялом дворе русского шпиона Манук-бея), Прутско-Днестровское междуречье было аннексировано к России. Как мы уже упоминали в предыдущем эпизоде, этот край должен был стать первым шагом к захвату Российской империей и остальных румынских земель, из которых замышлялось создать четыре губернии: Бессарабию, Молдову, Большую Валахию и Малую Валахию. 

После аннексии Санкт-Петербург распространил топонимик «Бессарабия» (первоначально так назывался только Буджак) на всю аннексированную территорию для того, чтобы отличить её от того, что осталось от Молдавского Княжества [1], находившегосяещё под османским сюзеренитетом [2]. Злоупотребления российских оккупационных войск под предводительством М. И. Кутузова во время русско-турецкой войны 1806-1812 годов вызвали панику среди коренного населения. Многие спасались бегством за Прут. И потому путешествующим по этому краю иностранцам он показался пустынным и безлюдным [3]. Но именно это позволило некоторым пришлым народностям (например, гагаузам и болгарам) претендовать на первородство в выделенных им царским правительством для колонизации краях. 

Для того, чтобы привлечь население оставшихся под сюзеренитетом Порты Румынских Княжеств и успокоить тех, кто перешел под его господство, Санкт-Петербург наделил только что аннексированную территорию статусом специального региона - области. В отличие от простых губерний, она обладала значительной степенью внутренней автономии [4] (сравнимой разве что со статусом принадлежащих Российской империи Финляндии и Польши). 

Жителей региона на пять лет освободили от уплаты налогов и от военной службы [5]. На местных плательщиков податей не распространялись существующие в остальных регионах Российской империи правила крепостничества. Кстати, в России крепостничество отменили лишь в 1861 году, то есть спустя более ста лет после ликвидации Константином Маврокордатом крепостничества в Молдове (кстати, довольно мягкого по сравнению с русским или венгерским, распространяющимся лишь на некоторые категории земледельцев)! 

Местная знать (бояре) могли сами выбирать власть и наместника («заместителя») своего царя, или, вернее губернатора. Румынский язык использовался в регионе в качестве официального в сфере образования наряду с русским языком. В судебных инстанциях местное население руководствовалось старыми законами молдавского государства наряду с законами Российской империи и т. д. 

РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ – ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВО 

Бессарабия не была единственной территориально-административной единицей Российской империи с подобным статусом. Вообще царская Россия на самом деле была федерацией, и у её субъектов была различная степень самоуправления. Непосредственно из Санкт-Петербурга управлялись территориально-административные единицы со статусом губернии (их, кстати, было большинство). 

Самая высокая степень автономии была у Великого Герцогства Финляндия, аннексированного к России в 1809 году в результате последней русско-шведской войны. Отношения между Великим Герцогством Финляндия и метрополией быстрее напоминали личный союз. Финляндия имела собственный законодательный орган (сейм), правительство, законодательство, полицию, национальную валюту и государственные языки (шведский и финский, но не русский!). 

Между Россией и Великим Герцогством не существовало даже соглашения о взаимной экстрадиции преступников (вспомним, что именно в Финляндии скрывался в ссылке В.И. Ленин в апреле 1917 года!). Суверенитет России представлял общий монарх (русский император был одновременно и Великим Герцогом Финляндии) и несколько гарнизонов и баз российской армии и флота, расположенных в основных финских городах и портах. 

Режим, схожий с режимом в классических британских колониальных протекторатах, существовал в полунезависимых ханствах Хива и Бухара в Центральной Азии, а также в крае Урианхай (сегодня это Республика Тува в составе Российской Федерации). До 1861 года (даты последнего польского национального освободительного движения против российского господства) довольно большая автономия была у Великого Царства Польского. Режим самоуправления был и у так называемых «казацких войск» (на Дону, на Амуре, на Урале и др.). 

Немецкое меньшинство в Прибалтийских губерниях Российской империи занимало привилегированное положение среди не русских народов. После аннексии Петром Первым этих провинций немецким баронам удалось обеспечить себе особый статус. Немцы из Ost-See (немецкое название прибалтийских провинций Курляндии, Эстляндии и Лифляндии, сегодня это Латвия и Эстония), будучи лютеранами, сохранили конфессиональную свободу, право на образование и на родной язык. 

Местное немецкое население составляло различные конгрегации и ассоциации по профессиональному и социальному признаку (ремесленные и купеческие гильдии и дворянские собрания), имея собственный устав, правила, гербы и флаги. Города («бюргеры») этих провинций руководствовались правилами Магдебургского права, присущего городам, в которых проживали немцы из Центральной и Восточной Европы (в том числе городские сообщества сашев и швабов из Трансильвании и Баната). 

Широкой автономией в концессионном и судебном плане (в пределах собственных канонических правил) обладали мусульмане, евреи и буддисты из Российской империи. Для народов не православной религии это государство никогда не было «тюрьмой народов», как её представляли западные либералы и их лакеи из России, в том числе Ленин. 

Спустя более века после Переяславской Рады [6] и украинские казаки обладали довольно широким самоуправлением, принявшим форму «гетманства», упраздненного Екатериной II в 1764 году для того, чтобы воспрепятствовать появлению нового Мазепы [7]. Грузия, чей король Ираклий II сам обратился в 1801 году к России за помощью и защитой, вскоре также лишилась автономии и была разделена на губернии, подобно Украине Хмелницкого. 

Все автономные образования не русских православных народов из Российской империи были упразднены за очень короткое время после аннексии их территорий, в отличие от образований народов другой веры. Исключение составили Польское Царство и Ханство Коканда [8], но лишь после неоднократного восстания против центральной власти. Повстанцы использовали структуры автономий для достижения своих целей. Русские императоры просто вынуждены были превращать непокорные края в обычные губернии. Весьма примечательно, что русские императоры и не старались во что бы то ни стало сохранить территории, населенные не православными народами. 

И объяснялось это очень просто: по конфессиональным причинам туземное население этих краев не могло быть русифицировано и ассимилировано. Таким образом, в одной из бесед с Бисмарком император Александр II заявил, что готов приступить к территориальным уступкам в пользу Германии за счет принадлежащих России польских территорий взамен нейтралитета первой по отношению к пересмотру Россией положений Парижского договора 1856 года, поскольку все равно, будучи католиками, поляки не могли быть ассимилированы (см. статью „Русская румынофобия ” на сайте www.mdn.md). 

Маргинализация не русских православных народов, по сравнению с народами других конфессий, объясняется ересью филетизма, которым заразилась Русская православная церковь, начиная с Петра Первого. Филетизм приобрёл свою окончательную форму в результате принятия доктрины, распространенной движением славофилов в XIX веке. Согласно этой доктрине русский народ является единственным истинно верующим в Бога православным народом. Отсюда следует, что все остальные православные народы, для своего Спасения, должны слиться с великороссами. Следуя этой доктрине, царское правительство продвигало агрессивную политику насильственной русификации и ассимиляции, которым подверглись в первую очередь не русские православные народы. 

БЕССАРАБИЯ – ИДЕЛЬНЫЙ ПОЛИГОН ДЛЯ ЭКСПЕРИМЕНТОВ ПО АССИМИЛЯЦИИ 

Будучи тоже православными христианами, бессарабские румыны никогда не восставали против российского господства. Даже движение гайдуков, о котором столько написано, носило в основном социальный характер, а никак не характер национального освободительного движения. В отношениях с центральной властью коренное население руководствовалось пословицей: «Повинную голову меч не сечет!» (в этом отношении и по сей день почти ничего не изменилось – прим. авт.). Хотя, между нами говоря, было бы уместно, чтобы за этой пословицей последовала противоположная ей: «Не хочешь быть зарезанной, - не будь овцой!» 

Кто-то может этому возразить, зная, что речь шла не о какой-то присущей нашему национальному характеру черте, а о безграмотности и культурной отсталости крестьян, составляющих большинство среди коренного населения Бессарабии. Бессарабские румыны, якобы, не имели интеллигенции, которая, как известно, является вдохновительницей любого национального освободительного движения и, в конце концов, - что такое поведение объяснялось православной верой, требующей от верующих терпимости к властям. 

Хорошо, кабы так. Но не следует забывать, что остальные балканские народы (например, сербы, болгары, греки и особенно черногорцы) были еще более отсталыми и безграмотными, по сравнению с румынами. А что касается интеллигенции, боюсь, что её и сегодня нет у некоторых из этих народов, а ведь они тоже православные христиане. Неимоверная покорность румын по отношению к властям, думаю, объясняется политикой фанариотского режима, который на протяжении шести поколений разрушал и коррумпировал потенциал народа и его волю к сопротивлению (о применяемых фанариотами методах и способах читайте в следующем эпизоде). 

Царские власти безошибочно определили «покорный», «незлобный», «безропотный» характер бессарабских румын и максимально эксплуатировали эту их черту, продвигая в этом регионе политику денационализации и ассимиляции. Нигде в другом месте они не могли себе позволить подобного, не рискуя спровоцировать восстание. Предвосхищая события, отметим, что и в советские времена молдавские румыны по эту сторону Прута «с успехом» послужили режиму в качестве подопытных кроликов. 

Расплата за проявленную бессарабскими румынами лояльность по отношению к центральным властям была в равной степени как несправедливой, так и решительной. В 1828 году статус автономии региона был отменен, и регион превратили в обычную губернию. Но несчастная, покорная и «дисциплинированная» Бессарабия пользовалась этим своим положением почти десять лет. Для сравнения: в неоднократно восстававшей Польше режим автономии просуществовал 50 лет, а украинские казаки (не менее скандальные, чем поляки) жили в автономии более века! 

«Незлобный» характер румынских крестьян из Бессарабии отмечали все побывавшие здесь иностранцы. Осевшие в этих краях благодаря царской власти пришлые народности называли туземцев самыми неприличными и оскорбительными эпитетами вроде: «козлы», «овцы», «мулы», «волы» [9]. В этом смысле достаточно прочесть письма русского поэта А.С. Пушкина во время его пребывания в бессарабской ссылке. Этот русско-эфиопский метис сравнивал местное население с «сонными волами». 

В записках великого молдавского историка Николая Йорги о положении румын в Бессарабии, находившихся под русским игом, можно прочесть следующее: «…русские понимают, какая доброта таится в их душах (бессарабцев – прим. авт.) и называют их овцами…[10]”. Или, чтобы не углубляться слишком далеко в историю, достаточно выйти на улицу и послушать, что говорят о нас представители русскоязычной составляющей «многоэтничной молдавской нации». 

Необходимо отметить, что там, где к оккупантам относились с пренебрежением или со сдержанной холодностью (например, в Прибалтийских республиках) – даже и речи не могло быть о подобном отношении, быстрее наоборот. Или, например, ставшее притчей во языцех молдавское гостеприимство сыграло (и продолжает играть) с нами злую шутку. Но тут еще кое-что сыграло свою роль: будучи по своей природе добродушным и сентиментальным, бессарабский крестьянин становится в некоторых случаях чрезвычайно прагматичным и даже циничным, ставя повседневные материальные интересы выше вечных духовных ценностей. 

Когда необходимо выбирать, без возможности альтернативы: „aut – aut, tertium non datur!” («третьего не дано!») между культурой и национальным языком или материальным благополучием - бессарабский румын выбирает второе. Достаточно вспомнить циничную реплику: «Не важен язык, а важно, что на языке!». Именно в этом видят некоторые историки и публицисты (например, Онисифор Гибу [11]) причину отсутствия национального или унионистского движения в Бессарабии, находящейся под господством царской России (то же самое относится и к советскому периоду). Жестокая реальность доказывает, что за наше жалкое положение в прошлом и в настоящем в первую очередь виновны МЫ САМИ! 

Александр Савин 

С румынского языка перевела Д. Грин 







[1] После аннексии Австрией Буковины и Россией Бессарабии из территории бывшей воеводальной Молдовы осталось меньше половины! 

[2] После Кучук-Кайдарджийского мирного договора можно говорить фактически о русско-турецком кондоминиуме над Румынскими Княжествами, официально принятым только после Арианопольского мирного договора 1829 года. 

[3] Брэтяну И. Георге, Бессарабия, Международные и исторические права, изд-во "Semne” («Семне»), Бухарест, 1995, с. 29. 

[4] Брэтяну И. Георге, цит. соч., с. 30. 

[5] Обязательная военная служба для бессарабских румын была введена только в связи с русско-японской войной 1904-1905 гг. 

[6] Переяславская Рада: собрание украинского казачества во главе с Богданом Хмельницким, которое состоялось в 1654 году, приняла решение о присоединении Украины с левобережья Днепра к России. 

[7] Будучи правой рукой Петра Первого, гетман Мазепа предал его и перешел на сторону шведского короля Карла XII, надеясь, что сможет создать независимое украинское государство. После этого русские императоры и императрицы начали неумолимое наступление на свободы и привилегии Запорожской Сечи до тех пор, пока Екатерина II их окончательно не распустила, а украинских крестьян превратила в холопов. 

[8] Разъяренный поляками Александр II, приказал, чтобы даже этнонимы «Польша» или «поляк» не числились в официальных документах. Вот почему созданные на месте бывшего «Польского Царства» губернии были названы «Привисленский край». Такая же участь постигла и ханство Коканд, которое, вместе с прилегающими территориями, было названо «Туркестанский край». 

[9] Таким образом, для того, чтобы убедиться в этой горькой правде, достаточно послушать СМИ Российской Федерации или почитать надписи на всех заборах, оставленные непрошенными «старшими братьями». 

[10] Ротару Флорин, Румынская Бессарабия, антология, изд-во „Semne” («Семне»), Бухарест, 1996, с. 28. 

[11] Ротару Флорин, цит. соч., см. статью Онисифора Гибу: «От русской Бессарабии к Бессарабии румынской».


Категория: Мои статьи | Добавил: v_cujba (13.01.2009)
Просмотров: 913 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Понедельник, 26.06.2017, 10:28
Приветствую Вас Гость
Главная | Регистрация | Вход
Категории раздела
Мои статьи [21]
Статьи участников [0]
Статьи размещаемые пользователями сайта
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 130
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Погода
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Курсы валют

    Copyright MyCorp © 2017
    Конструктор сайтов - uCoz